Рассказ "Умереть и возродиться на Эльбрусе". Финал

 

3 Октября, 13:12

Ну вот рассказ подошел к концу:) Спасибо всем, кто читал его все это время. Если вы хотите как-то его прокомментировать, пишите сюда или лично на почту vorobyeva-polina@mail.ru. Спасибо!

 

 

*****

 

На следующий день группа спустилась с базового лагеря только около двух часов дня. Никто из них больше не предпринял вторую попытку восхождения. Настроение в группе было не ахти. Сергей привез их в гостиницу, помог сдать вещи в прокат, после чего до вечера уехал в гости к Чоре в Тырнауз. Ася до обеда отсыпалась. Ночью у нее начала нестерпимо пульсировать рука, и заснуть она не смогла. Как, собственно, и Виктор, пытавшийся хоть чем-то ей помочь.

Когда приехали Миша с Милой, с разрешения ребят он перетащил свои вещи в комнату к Асе и решил остаться там на еще один день. После того как молодая пара привела себя в порядок, вчетвером прогулялись до Чегета. Посмотрели сувениры, посидели поболтали в кафешке. Вернулись как раз к ужину. В начале поездки предполагалось посвятить его успешному восхождению, но восхождение так и не состоялось, но группу, тем не менее, собрали вместе. Вяло обменялись впечатлениями о поездке, выпили за здоровье Аси и довольно быстро разошлись по номерам собирать вещи.

В аэропорт выехали в начале одиинадцатого утра. Дорога на этот раз прошла без приключений. Вместе с остановкой на обед прибыли к месту назначения около четырех. Сергей помог Асе с Виктором зарегистрировать и сдать багаж, оставил свой мобильный телефон и обещал обязательно позвонить, как только вернется в Москву. После всех условностей прошли в зону вылета и сели попить кофе прямо рядом с огромным панорамным окном, выходившим на летное поле.

- Ася, ну как ты себе это представляешь? Мы прилетим в начале десятого вечера. Пока получим багаж, пока доедем до центра города…Какой тебе поезд в Нижний Новгород? На один день задержишься в Москве. Завтра съездим к доктору и покажем твою руку. Я сейчас позвоню своему секретарю, и она быстро договорится о приеме.

- А ночевать где? У тебя дома?

- Ну да. Я посплю в гостиной, ты можешь воспользоваться моей спальней. Можешь не бояться. Я того…приставать не буду, если ты об этом беспокоишься.

- Ну ты и дурачок! Какие приставания с моей рукой? – она показала на свою руку, все еще плотно примотанную к телу. С левой стороны свешивался пустой рукав.

- Извини, я, возможно, не так выразился. Я просто как-то не особо часто с порядочными женщинами общался…

- Хм…В смысле?

- Ну в смысле, что до этого у меня были девушки, которым подари там колечко или еще что-то в этом духе, и они уже на все были готовы. Думаю, ты понимаешь, в каком смысле.

- Ааа…медленно протянула Ася.

- Поэтому я и говорю, что не имею никакого понятия о том, как за нормальными женщинами ухаживать.

- А я, значит, нормальная?

- Ну..да…

- А что это в твоем понимании значит?

- Ну…это такая, с которой хочется чего-то серьезного, - ответил Виктор, склонив голову вниз, чтобы Ася не видела, как он краснеет.

- Ах вот оно что…женщина заулыбалась, тронутая робким признанием. – То есть вы, Виктор Хрипцов, хотите строить со мной серьезные отношения. Я правильно поняла?

- Да, - сказал Виктор еще тише.

Ася ничего не ответила, только продолжила внимательно следить за его реакцией.

- Ну и чего ты замолчала? – Виктор слегка приподнял голову. – В общем, мое предложение такое: ты остаешься переночевать у меня, завтра мы едем к врачу. А если захочешь, то я предлагаю еще серьезные отношения. Вот.

- С первыми двумя пунктами озвученного предложения я согласна, а вот над третьим я подумаю в самолете, - рассмеялась она, чтобы разрядить обстановку. А то Виктор, по капле выдавливая из себя слова, смотрелся уж совсем забитым.

- Отлично! – он мгновенно вскочил со стула. – Я сейчас вернусь! – он убежал в другой конец аэропорта звонить своему секретарю Марине Георгиевне.

Когда мужчина вернулся, объявили посадку на их рейс.

- Пойдем? – Ася встала со своего места и взяла со стола их посадочные талоны.

- Да.

Они сели в самолет. Полет прошел хорошо и незаметно по времени. Приземлились в Шереметьево. До дома Виктора доехали на такси. По пути заказли пиццу.

- Располагайся, - он включил свет в прихожей, первой пропуская в квартиру Асю.

Про себя отметил, что внутри ничего не изменилось. Квартира оставалась такой же, какой он ее оставил перед поездкой. «Значит, никто здесь не появлялся», - подумал он про себя, затащив рюкзаки в гостиную.

- Вон там кухня, там – спальня. Осматривайся, а я пока сбегаю поблизости в магазин. Вот на всякий случай деньги, если доставка приедет раньше меня, - он положил на журнальный столик перед диваном купюры и быстро исчез в прихожей.  

Ася прошла в центр гостиной и осмотрелась вокруг.

 

*****

Когда Виктор вернулся домой из магазина, в гостиной уже был накрыт журнальный стол. Ася стояла у окна и смотрела на ночной город. Хрипцов тихо прошел в гостиную, поставил пакеты рядом с диваном и подошел к ней. Она его не заметила.

- На парк смотришь? – спросил мужчина негромко.

- Ааа, - женщина вздрогнула и повернула к нему голову. – Ты меня немного напугал.

- Извини. Не хотел. – он встал чуть сбоку.

- Значит, это парк?

- Да. На него открывается замечательный вид по утрам, когда встает солнце. Иногда у меня даже получается полюбоваться на него, когда не спешу.

- Значит, ты настолько занят, что тебе даже некогда уделить себе пару минут времени по утрам? – спросила женщина с усмешкой.

- В своем роде, - ответил он кисло. – Я вижу, что все уже привезли, а я тебя тут разговорами отвлекаю, когда ты, наверное, есть хочешь.

- Не беспокойся, я могу пару минут подождать, - улыбнулась Ася, - кстати, там на столе еще и сдача лежит.

- Ааа, хорошо, - Виктор подошел к столу. – Я что-то немного сглупил и ушел, даже не спросив тебя о том, что ты предпочитаешь. Поэтому и задержался…

- В смысле, предпочитаю?

- Ну там шампанское или вино. И какое, - Хрипцов начал поочередно доставать из пакета бутылки, а потом и фрукты.

- А! – воскликнула она, - Это сейчас совершенно непринципиально. Я буду рада всему, чем угостишь.

- Отлично! Тогда я бегу за фужерами и быстро мою фрукты. Ты можешь пока остаться тут. Я сейчас. - Виктор схватил полиэтиленовые пакеты и скрылся с ними в кухне. Зашумела вода и дверцы шкафов. Ася присела на диван и откинулась на спинку. Вскоре появился Хрипцов. Расселись. Виктор откупорил бутылку и разлил шампанское.

- Прошу.

- Спасибо, - Ася взяла бокал свободной правой рукой. – Может, стоило на кухне накрыть? Здесь не тесно?

- Нет-нет, все нормально, - Виктор принес с кухни стул, чтобы можно было сесть с другого конца журнального стола, а весь диван освободить Асе.

- Мне просто показалось, что здесь как-то поуютнее что ли.

- Да нет же, все в порядке. Ну…мужчина поднял бокал, - давай за тебя!

- За меня? А почему сразу за меня? – весело произнесла женщина.

- Но как же? – Виктор жестом показал на ее забинтованную руку, - За успешный исход и скорое выздоровление!

- За успешный исход…лицо Аси озарила горькая улыбка. Она сделала несколько глотков.

- Кажется, я опять что-то не то ляпнул…Хрипцов скорчил разочарованную мину.

- В том-то и дело, что ты все сказал правильно. Успешный исход…Так ведь оно и есть? – она показала на свою левую руку.

- По факту да. Но я вижу, что тебя это сильно расстраивает, - Виктор поставил бокал на стол и подложил женщине в тарелку кусок пиццы и фруктов. – Кстати, кушай пока еще не остыло.

- Да-да, по факту все правильно, - она взяла кусок пиццы и несколько раз надкусила его. Замолчали.

Виктор молча наблюдал за тем, как на лице женщины в короткое время сменялась самая разнообразная гамма чувств начиная с горечи и заканчивая страхом. Подобную быструю смену чувств и эмоций он наблюдал уже второй день с момента, когда вчера Ася проснулась около полудня. В день падения она выглядела довольно спокойной, даже когда вечером у них состоялся первый серьезный разговор по душам про произошедший инцидент. «Наверное, она так переживает все случившееся», - думал он про себя, и поэтому не мешал женщине, когда та в очередной раз впадала в такое состояние.

- Я просто не могу понять…Я несколько месяцев готовилась к восхождению дома, уже в Приэльбрусье и на горе хорошо прошла акклиматизацию. У меня за все время только один единственный раз разболелась голова, когда мы поднялись в базовый лагерь и пошли на первый выход к 4500. И все. Кошки перед посадкой в ратрак у меня проверил Сергей. А тут…Почему со мной? Я об этом думаю, уже не первый раз, но все не могу найти ответ.

- Мне кажется, у меня есть предположение…Виктор побольше набрал в легкие воздуха. Кажется, наступал момент, когда нужно все объяснить.

- Какое? – Ася посмотрела на него настороженно и полностью развернулась к нему.

- Помнишь, тогда ночью, когда мы с тобой пересеклись, ты сказала мне, что гора может мстить человеку, если его мысли…в общем, нехорошие, - Хрипцов старался тщательно подбирать слова.

- Помню. Только причем тут месть? - женщина пожала плечами. – Я не понимаю. Хочешь сказать, она мне мстила за что-то? Но за что?

- Нет-нет, она не мстила тебе, ни в коем случае, - Виктор интуитивно протянул ей руку, чтобы успокоить. -  Но не могла ли она посредством тебя мстить кому-то другому?

- Посредством?

- Ну да, когда кто-то избирает тебя орудием своей мести?

- Ты иногда говоришь вещи, которые даже мне непонятны, Виктор. Объясни, что ты имеешь в виду.

- Я объясню, только, пожалуйста, выслушай меня до конца.

- Хорошо. Я готова.

Мужчина сложил руки в замок, потом подпер ими подборок. Пару минут молча таким образом посмотрел в пол, потом выпрямился и облокотился на спинку стула.

- Помнишь все тот же ночной разговор? Ты тогда спросила меня, зачем я приехал на Эльбрус. Я тебе достаточно грубо ответил, что это мое дело и тебя оно не касается. Ты не стала меня больше ни о чем спрашивать, только рассказала о том, что горы все чувствуют и если к ним кто-то приезжает с негативом, то они на него ответят. Я тогда не сказал тебе о том…В общем, - Хрипцов тяжело выдохнул, - я уже половину жизни занимаюсь бизнесом. С того момента, как институт закончил. Это где-то 1998-1999 годы были. Начинал я этим заниматься не потому, что так можно было легко и в короткий срок зашибить большие деньги, хотя и с огромным риском для жизни. А из-за уязвленного самолюбия что ли. Я учился на экономическом факультете Плешки и со 2 курса был безумно влюблен в свою одногруппницу. Решил, что когда мы выпустимся, то сразу же поженимся. Поэтому где-то под конец первого семестра, когда на носу была сессия и ГОСы, я пошел знакомиться к ее родителям. Собственно, мамы к тому моменту у нее уже не было. Отец ко мне даже не вышел, со мной беседовала бабушка. Она мне тогда наговорила кучу всего про то, что я недостоин ее драгоценной московской принцессы, я никто и нет у меня ничего, чтобы я навсегда забыл дорогу к ним. И мне после этого разговора, знаешь, стало так обидно. Даже, как это сказать…Стыдно за то, что я такой. Стыдно за то, что я из глухой рязанской деревни, пусть там родился даже сам Есенин. Стыдно, что я рос без отца. Стыдно, что жил в общежитии и перебивался от стипендии к стипендии. Стыдно, что не мог быть с любимой девушкой. Мое самолюбие так уязвили, что я решил для себя, что поменяю ситуацию во что бы то ни стало.

И начал заниматься предпринимательством. Очень быстро вошел во вкус. Хотелось больше всего. Появились и квартира, и машина, и много чего другого. Я ни в чем себе не отказывал. Когда прошло несколько лет, я узнал, что стало с той девушкой. Ее бабушка через пару лет после нашего разговора умерла. Отец девушки, он в советские времена был академиком РАН, каким-то крупным научным светилой, с новой действительностью так и не смог свыкнуться и запил. Сама девушка вышла за какого-то парня при деньгах замуж, но того посадили в тюрьму за финансовые махинации, и она осталась одна с ребенком на руках и выпивающим отцом. Хорошую квартиру в пределах Садового кольца пришлось продать и съехать поближе к окраине города.

А я зашибал деньги, и мне было хорошо. Конечно, и у меня были взлеты и падения. Но как-то спокойно к этому относился, выходил из различных ситуаций. А года примерно два назад дела у моей фирмы понемногу начали загибаться, я влез в кучу долгов и в итоге стал банкротом. Когда я уезжал на Эльбрус, мне как раз объявили дату конкурсных торгов, на которых распродадут мое имущество в счет погашения этих самых задолженностей. И я впервые за все время задумался, как ты говоришь, почему так происходит. Почему и что в итоге я имею? А имел я в итоге только то, что мне уже за 40, дело жизни прогорело самым обидным образом, и все, что я успел накопить тем или иным образом, скоро распродадут. И остался я по большому счету один. Семьи я так и не завел и попыток никаких к этому даже не предпринимал. И мне стало от этого так тошно. Я места себе не находил.

В один день мой хороший друг уговорил меня поехать в клуб отдохнуть и выпить. Вернулся, я домой, наверное, никакой, но в тот вечер я увидел соломинку, за которую могу ухватиться. Я сквозь туман в глазах и мозгах смотрел какую-то передачу про то, как какие-то люди пытались взойти на Эверест, и некоторые из них погибали. И тогда мне в голову пришла гениально простая идея. На следующий день после работы я проехал в агентство и оплатил себе тур на Эльбрус, чтобы больше отсюда никогда не возвращаться! Понимаешь? Я принял решение окончить жизнь самоубийством там! Я тогда не понимал, как, каким образом, но это должно было произойти на горе. Со стороны все казалось просто прекрасно. Человек, уставший от переживаний насчет бизнеса за последние несколько месяцев, уезжает на пару дней отдохнуть в горы и перевести дух перед очередным этапом разбирательств по делу фирмы. Пока он там отдыхает, с ним происходит несчастный случай, который никто не мог предугадать. Ведь в горах всякое бывает. Вот и получается, что смерть бизнесмена выглядит вполне естественной, а сам я избавляюсь от позора, когда последовал бы за моим возвращением.

Но я тогда даже представить себе не мог, как смалодушничал в тот момент! Все оказалось абсолютно не таким, как я успел себе вообразить. Я не думал, что каждый акклиматизационный выход будет таким физически тяжелым для меня. Я не ожидал, что группа практически все время будет находиться вместе. Моя то цель была сама гора, поэтому я терпеливо ждал, пока пройдем акклиматизация внизу. А как поднялись, сразу же первый день пробудил во мне столько эмоций. И этот труп, который мы увидели во время подъема, и разговоры с Сергеем про другие несчастные случаи, и то, как хреново я чувствовал себя по возвращении. А ведь это, думал я, только слабые лепесточки по сравнению с тем, что чувствуют люди, когда их колотит от холода на снегу вдали от помощи или когда они часами беспомощно ноют от многочисленных переломов, если сорвтутся и им не повезет умереть сразу. С одной стороны, меня все это пугало, я боялся…А, с другой стороны, меня снова грызло самолюбие. Как же так? Я сорвался, уговорил людей взять меня, приехал, и нате вам, пожалуйста. Не могу сделать последнего шага. Я практически решился его сделать той ночью, но тут внезапно наткнулся на тебя, когда ты смотрела на звезды. Я так разозлился. Чуть ли не в бешенство пришел. Опять мне что-то помешало! И это была ты. Ты постоянно возле меня крутилась, и теперь очень некстати попалась под руку. Мне так и хотелось сорвать на тебе злость, но я решил переждать, покуривая сигарету на скамейке. Вдруг ты быстро уйдешь, а я смогу потом осуществить задуманное и уйти. Но когда ты ушла, вышла Наташа. Через пару часов на штурм вершины готовилась выйти другая группа из нашего лагеря. Тут я понял, что на сегодня моя затея провалилась. А в последующие два дня до нашего собственного штурма у меня уже не было такой твердой уверенности. Я решил подождать восхождения.

Честно скажу, что когда впервые увидел тебя на приветственном ужине в первый день, то ты на меня никакого впечатления не произвела. Совершенно обычная девушка, подумал я. Потом в последующие дни мы время от времени пересекались с тобой, но что-то сказать про тебя я до сих пор не мог. А когда в базовом лагере я увидел тебя ночью, смотрящую на звезды, то, как уже сказал, пришел в бешенство. Мне показалось, что ты постоянно встаешь у меня на пути, хотя, конечно, это было не так. Сначала, возможно, мы пересекались просто так. Возможно, где-то и ты первой оказывала мне знаки внимания, но это всегда было так ненавязчиво, что я не мог понять, это просто стечение обстоятельств или все-таки в чем-то преднамеренное совпадение. А твои речи про энергетику гор и вселенские что-то…мне были непонятны. На следующий день я вообще с тобой не разговаривал и старался внимания не обращать. В день отдыха, когда вышли на общую тренировку, устыдился своего поведения и пошел просить у тебя прощения…

А в день восхождения не знаю, что произошло. Я шел за тобой и видел, как ты сорвалась…Мне показалось, что внутри меня все оборвалось. И я не могу сказать, отчего это. То ли потому, что я воочию стал свидителем несчастного случая, то ли из-за того, что к тому моменту я начал что-то к тебе испытывать. В любом случае, твое падение и твои последующие мысли заставили убедиться меня в том, какую ошибку я чуть было не совершил по своей глупости.

Наконец-то Хрипцов умолк. Допил остатки шампанского в своем бокале, потом налил еще один и в один присест выпил и его. Ася смотрела на него спокойными вдумчивыми глазами.

- Вот такой сказ про всю мою жизнь. Краткая биография Виктора Хрипцова, - Виктор хмыкнул.

- А где же здесь месть? Я до сих пор не понимаю, - тихо произнесла женщина после долгого молчания.

- Наверное, в том, что гора решила отнять у меня то, что хоть как-то стало мне дорого за последние несколько лет жизни. Если бы сам сорвался, то получил то, что хотел. А так – урок на всю жизнь. Сожаление о том, что опять что-то потерял.

- Тогда наши имена полностью оправдывают их значение.

- Имена? В каком смысле?

- Ну ты, например, знаешь, что означает имя «Виктор»?

- Кажется, победа. Если ничего не путаю.

- Да. А имя «Ася»?

- Понятия не имею.

- Я подскажу – воскрешающая, возвращенная к жизни.

- И? – Виктор не понимал, что этим хочет сказать женщина.

- И то, что Виктор одержал победу сам над собой, а Ася воскресла сама и заодно воскресила к жизни другого, - Ася встала с дивана и прошлась к окну.

- Интересно, - мужчина остался сидеть на месте.

- Очень. Сколько я не читала про восхождения и горы, а с такой теорией не разу не сталкивалась. Ну да Бог с ней. Ты не уточнял еще, во сколько прием у врача?

- Ой, - Виктор заполошился и достал из кармана джинс мобильный телефон. – Сейчас, секунду. Ммм…В 11:00.

- Чтож, тогда, наверное, нужно расходиться спать. День был непростой, и информации на ночь слишком много.

- Да, если хочешь, - Виктор встал и прошел в свою спальню. Ася медленно двинулась следом.

- Сейчас, я тебе только свежее постельное белье постелю, и все будет готово.

Женщина терпеливо ждала в гостиной, пока ее не позвал Виктор.

- Все готово.

- Спасибо. И доброй ночи, - Ася слабо улыбнулась в ответ Хрипцову и тихо прикрыла за собой дверь.

Тот развернулся и прошел к дивану, плюхнулся на него. Успел только завести будильник на завтра и сразу провалился в сон. Свет в гостиной так и остался включенным.

 

*****

На следующий день к 11:00 утра отправились на прием в Городскую клиническую больницу №1 имени Н.И. Пирогова. Вещи Аси сразу загрузили в машину на тот случай, если до поезда не успеют заскочить домой. «Ласточка» в Нижний Новгород отправлялась в 18:35 с Курского вокзала. Пока ехали в больницу, о вчерашнем разговоре ни разу не вспомнили. Ася, как показалось Виктору, вообще старалась мало говорить.

В больнице все прошло хорошо. Сделали повторный снимок. Убедились, что скрытых трещин и других опасностей нет. Доктор посоветовал через пару дней сменить твердый бандаж на мягкий, а через две недели снова показаться специалисту. Так как освободились рано, то, с разрешения Аси, Виктор повез их к себе на работу в Москва-Сити. Женщину оставил в одном из кафе в Афимолле, а сам на часок побежал к себе в офис узнать у Марины Георгиевны, как обстоят дела.

Когда зашел внутрь, секретарь была на своем прежнем месте. Великовозрастная Марина расплылась в улыбке, едва завидев своего шефа, и кинулась ему на шею, чего раньше себе не позволяла. Хрипцов сам немало удивился столь неожиданному бурному всплеску эмоций, но женщину отталкивать не стал.

- Виктор Петрович, как я рада, что вы вернулись! – женщина наконец-то разомкнула свои объятия и отпустила шефа. – Вы даже представить себе не можете!

- Я тоже, Марина Георгиевна. Я сегодня немного тороплюсь, поэтому забежал буквально на часок, - Виктор потянулся к дверной ручке своего кабинета. – Заварите нам обоим кофе и заходите в кабинет. Нужно быстро кое-что обсудить.

Виктор зашел в кабинет. Как и в квартире, в нем ничего не изменилось. Даже окно было также слегка приоткрыто. Мужчина прошел к своему рабочему столу и сел за него, осмотрелся по сторонам. Остановил взгляд на панораме Шпицбергена. На этот раз подумал о том, что заберет ее себе домой. Пока рассматривал фотографию архипелага, в кабинет вошла Марина Георгиевна с подносом. Аккуратно поставила его на стол, расставила чашки и присела напротив Виктора на краешек стула. Бизнесмен протянул руку к чашке и слегка отпил.

- Марина Георгиевна, я собственно зашел спросить, что здесь произошло за время моего отсутствия, - начал он сразу о деле.

- Если вы о том, о чем я думаю, то тут никаких изменений не было. Пока все спокойно.

- Это даже хорошо, - произнес Виктор, делая очередной глоток.

- Но у Аркадия Александровича есть что-то интересное для вас. Он уже несколько дней ко мне пристает и спрашивает, когда же вы объявитесь. Ему не терпится что-то вам сообщить, но мне он не рассказывает, - сказала Марина Георгиевна взволнованно.

- У Аркадия Александровича?

- Да!

- А он сегодня на месте?

- Я видела, как он сегодня приходил на работу.

- Ну чтож…Виктор нажал на кнопку телефонного аппарата. – Аркадий Александрович?

- О! Виктор Петрович! Неужели вы наконец-то вернулись? – с другой стороны провода послышался подхриповатый немолодой голос.

- Да, Аркадий Александрович. Марина Георгиевна мне тут сообщила, что вы мне срочно хотели что-то сообщить. Можете ко мне сейчас в кабинет зайти?

- Я уже бегу, - с того конца послышались гудки.

Виктор в общих чертах рассказывал Марине Георгиевне о поездке, когда в дверях комнаты возник Аркадий Александрович – юрист фирмы. Невысокого роста мужчина с небольшой лысиной на голове и в очках. По возрасту, скорее, ровесник Марины. С собой в руках он держал толстую папку.

- Присаживайтесь, Аркадий Александрович, - Виктор указал юристу рукой на стул рядом с его рабочим столом.

Аркадий Александрович быстро засеменил к нему и присел, положив перед собой папку.

- Виктор Петрович, я так рад, что вы наконец-то приехали...Пока вас не было, я решил тут покапаться в кое-каких бумагах…И понимаете, на меня какое-то озарение нашло. Вы мне срочно нужны были.

- Так, Аркадий Александрович, я ничего не понимаю. Давайте по порядку. Какие бумаги, какое озарение…Виктор потер себе виски.

Юрист перед тем, как начать говорить, покосился на Марину Георигиевну. Виктор его взгляд понял.

- Можете не опасаться. Марина Георгиевна умеет держать рот на замке, - Виктор посмотрел на секретаря. Та в продолжение его слов провела у рта воображаемый замок и вся обратилась во внимание.

- Виктор Петрович, только, пожалуйста, не ругайте меня. Вы знаете, что я никогда не превышал своих должностных полномочий и ни во что лишнее не лез.

- Знаю, только при чем тут это? – Хрипцов пожал плечами.

- Пожалуйста, послушайте меня дальше, - Аркадий Александрович заметно волновался, - когда вы уехали, я решил еще раз просмотреть списки всех организаций-кредиторов, которым мы должны, и сопоставил их с теми, кто будет участвовать в конкурсных торгах. И меня заинтересовала одна микрофинансовая организация с названием «Олимпия». Помните такую?

- Ну была такая, да.

- А откуда вы о ней узнали? И почему решили воспользоваться их услугами кредитования? Ведь раньше вы брали кредиты только в крупных банках, а не у микрофинансовых организаций.

- Мне ее активно советовал мой друг Геннадий, - задумался Хрипцов. – А выбрал я ее потому, что он мне ее очень рекомендовал. Сказал, что это компания его хороших друзей, и они могут дать мне займ под процент гораздо ниже, чем тогда было во всех других местах, включая крупные банки. Вот я подумал и согласился тогда. Больно привлекательное предложение было.

- Значит, он вам сказал, что это организация его друзей? А о том, что он является совладельцем фирмы не говорил?

- Совладельцем? – удивленно приподнял брови Виктор. – Нет…

- Отлично. Это первое, что я хотел узнать. – Аркадий Александрович похлопал по толстой папке. – А теперь второе. Извините, это вопрос глубоко личного характера и в чем-то некорретный, но мне нужно его задать. У вас с ним в последнее время были споры, разногласия?

- Споры…Хрипцов отвалился на спинку стула и закусил в задумчивости ручку. – Так вот и не скажу сразу.

- Ну там по работе, - начал подсказывать юрист. – Личного характера, из-за девушки. Или какие-то имущественные разногласия.

- Не знаю. Все всегда было ровно, - пожал плечами бизнесмен и, запрокинув голову на спинку кресла, начал бродить глазами по потолку. Потом слегка наклонил голову вбок и краем глаза зацепил фотографию Шпицбергена. – Постойте, припоминаю. Я несколько лет назад купил себе участок земли в ближнем Подмосковье недалеко от реки. Думал загородный дом небольшой там построить. Гена, когда узнал о покупке, долго просил меня потом перепродать участок ему. Деньги большие предлагал, даже, наверное, в два раза больше, чем я сам отдал за участок. Но я не согласился. Он долго потом на меня дулся и даже какое-то время не разговаривал.

- Хорошо, а вы можете припомнить, когда точно его купили? В каком году?

- Ой, блин…Виктор почесал затылок, - Может, 4 года назад, может 5.

- Так, а по документам выходит, что займ у «Олимпии» вы взяли 1,5 года назад…

- Что вы хотите этим сказать, Аркадий Александрович?

- А то, что я на 100% уверен, что на конкурсных торгах ваш друг запросит в счет погашения займа именно этот участок земли, из-за которого вы раньше поссорились.

- Как так? – Хрипцов даже привскочил на стуле. – Как такое может быть?

- Смотрите сами. Несколько лет назад, когда с делами был полный порядок, вы решили приобрести себе участок земли в Подмосковье в хорошем месте. О вашей покупке узнал ваш ближайший друг Геннадий и решил выкупить его у вас. Вы ему решительно отказали, на что он затаил на вас обиду. Так как он ваш друг, и вы, наверняка, всем с ним делились, он всегда был в курсе ваших дел. Когда фирма начала приходить в упадок, и вам потребовались займы, он вовремя подвернулся вам с выгодным предложением. Он был настолько настойчив и убедителен, что вы, не раздумывая, последовали его совету и взяли кредит у его друзей, назовем это так. А о том, что он является совладельцем фирмы, ничего не сказал. Более того, - Аркадий Александрович открыл папку и, порывшись там, достал какую-то бумагу, - он, наверняка, не сообщил вам и о том, что фирма была открыта всего за несколько месяцев до того, как вы взяли там займ. Что логически наводит меня на мысль, что ее могли открыть специально, надеясь на такой исход событий. И вот когда это случилось, Геннадий тут же воспользовался предоставленным случаем. А теперь на конкурсных торгах он заберет у вас то, что вы ему тогда не отдали по доброй воле…При этом со стороны в ваших глазах все будет выглядеть абсолютно чисто. Юридически ваша собственность уйдет микрофинансовой организации, о которой вы имеете самое поверхностное представление, а по факту она окажется у него.

- Неужели вы хотите сказать, что он мне мстит таким образом? Или к банкротству подталкивал? – Хрипцов от возмущения стукнул кулаком по столу. Аркадий Александрович и Марина Георгиевна передернулись.

- Насчет банкротства я ничего не могу утверждать, Виктор Петрович… У меня еще нет всех необходимых доказательств, но я вижу во всей этой ситуации с «Олимпией» прямой умысел. Здесь он мог обвести вас вокруг пальца.

- Вот скотина, - Виктор побагровел от злости и активно застучал пальцами по столу.

- Разумеется, вытащить вас из всех кредитных долгов я не могу. Там все согласно закону, - уверенно произнес Аркадий Александрович, - но считаю, что конкретно в этом случае мы должны побороться! И мы сможем это сделать, если вы мне поверите и поможете.

- Что вам нужно для этого?

- Во-первых, дождаться конкурсных торгов, чтобы узнать, подтвердилось мое предположение или нет о том, что они непременно захотят участок земли. А к этому времени собрать доказательства. Мне нужно, чтобы вы подробно рассказали мне о некоторых деталях ваших взаимоотношений и разрешили подготовить кое-какие бумаги.

- Делаете все, что считаете нужным. Только, - Виктор посмотрел на наручные часы, - извините меня сейчас. Мне нужно срочно ехать. Завтра продолжим с самого утра.

Хрипцов встал, поцеловал в щеку Марину Георгиевну и пожал руку своему юристу. Пора было выезжать на вокзал. Когда он позвонил Асе, та его уже ждала, готовая в любой момент выйти из кафе.

Через пробки в будний день подъехали к вокзалу в начале седьмого. Нашли нужный перрон, подошли к вагону. Проводница проверила документы и разрешила Виктору войти, чтобы уложить Асины вещи на багажную полку. Когда снова вышли на улицу, до отправления оставалось меньше 10 минут.

- Тебя кто-нибудь встретит там?

- Да, мама.

- Если не сложно, напиши, как приедешь домой.

- Обязательно, - Ася стояла прямо напротив него.

- И когда к доктору повторно сходишь, тоже напиши, - Виктор переминался с ноги на ногу, иногда робко поглядывая на Асю. В основном пытался смотреть куда-то в сторону, только не на нее. Женщина сначала внимательно смотрела на него, потом отвела взгляд на платформу перрона, где рядом с ней валялся окурок сигареты. Она легко достала до него носочком своей балетки и начала активно растирать об асфальт.

- Обязательно, - тихо проговорила она.

- Граждане пассажиры, до отбытия поезда остается 5 минут. Просьба зайти в вагоны. Молодые люди, поезд скоро отправляется, - прозвучал рядом громкий голос проводницы.

- Ну мне пора, - тихо произнесла Ася и направилась к входной двери.

Виктор пошел вслед за ней. Ася уже зашла внутрь, когда Хрипцов окрикнул ее.

- Ася!

- Что? – Ася слегка развернула голову.

- Что ты решила насчет моего вопроса?

- Какого?

- Ты хочешь иметь со мной серьезные отношения или нет?

Женщина ничего не ответила. Ее фигуру заградила проводница, которая начала закрывать дверь вагона. Виктор прошелся вдоль него, высматривая в окно, куда села Ася. Она сидела с противоложной от него стороны. По проходу продолжали расхаживать пассажиры, поэтому видел он ее мельком. А потом состав тронулся…

Виктор какое-то время шел рядом с вагоном, пока тот не начал набирать скорость и вскоре исчез из поля зрения. Он вздохнул. «Чтож, как есть», - подумал мужчина про себя, медленно направившись к выходу с вокзала. Когда он вышел на привокзальную площадь и направился в сторону Атриума на парковку, в кармане пиджака что-то быстро пропиликало.

Это была смска всего с одним словом от нее. Да. 

Все комментарии - Добавить свой

Комментарии пока отсутствуют ...